Алистер Кроули и телема.

Кто-то считает этого человека великим оккультистом и эзотериком познавшим все мистерии Вселенной, истинного Бога , и того, кто ответил на многие вопросы мироздания.  Кто-то его считает банальным шарлатаном, который считал себя большим поэтом, великим магом и Зверем, число которого 666, а на самом деле являлся мошенником, наркоманом, извращенцем и садистом. Кто-то, видимо из особо впечатлительных, считает его просто истинным воплощением универсального зла, сатанистом. Как бы то ни было, трудно не согласиться с тем, что для многих ,являясь знаковой фигурой в оккультной сфере, Кроули умудрился и вдохновить и изуродовать души и умы многих и многих. Так кем он был? Оккультистом, эзотериком и пророком или авантюристом, шарлатаном, наркоманом и извращенцем? Быть может, он был поэтом, чьи духовные поиски ему были не мыслимы без магии и наркотиков? Он нарушил множество законов Англии, его обвиняли в сотрудничестве с фашистами и пропаганде сатанизма. Он создал свое религиозное учение в преддверии эры Водолея, разработал новую колоду карт Таро, оставил огромное магическое и художественное литературное наследие, став культовой личностью контркультуры XX века. О нем пишут книги и статьи, ныне снимают и фильмы, и может показаться, что многое нам понятно об этом человеке, и как только искатель в очередной раз подходит к раскрытию тайны жизни Алистера Кроули, моментально всплывают какие-то неясности и недомолвки, словно сам Зверь заметает следы своей земной жизни.

В истории мировой литературы, Алистер Кроули, остался и как не плохой прозаик. Его романы «Лунное дитя» и «Дневник наркомана» (напрямую связанное с его учением) написаны прекрасным языком образованного человека, и в некотором роде, как в случае со вторым романом, открывают новые литературные горизонты. Он один из первых, кто привнес в художественное слово темы секса и зависимости от наркотиков на таком уровне, предвосхитив тем самым добрую половину писателей XX века, таких как, многими любимого, У. Берроуза и кучу, так называемых альтернативных писателей. Названные темы, отныне становятся полноправными самостоятельными героями современной литературы.
Его первый крупный сборник стихов «Зеленые Альпы» был уничтожен. Виной всему явился пожар, позже похожую участь настигнет сборник «Белые пятна». Но это не ставит креста на его литературной деятельности, Алистер продолжает писать.
Плодовитости Кроули- поэта можно только позавидовать, за семь лет издания собственных стихов, накопился огромный литературный материал, которого бы с лихвой хватило на собрание сочинений в нескольких томах, хотя качество некоторых творений ставилось и ставится под сомнение. Такое собрание было опубликовано самим поэтом. Для затравки, Кроули преложил написать рецензию на его сочинения, мотивируя труд рецензентов вознаграждением в сто фунтов. Отзыв последовал только один и он был весьма восторженным, и не странно, что его автором был один из первых последователей Кроули-мага. Надо сказать, что обещанное вознаграждение Кроули так и не выплатил. Алистер все продолжал печатать свои стихи, как удачные, так и не очень.
Его поэзия сексуальна, порой гомосексуальна, она граничит с порнографией и грубостью, в ней находили свое отражение протест и бунт автора.
Его невозможно причислить к какому-нибудь литературно-поэтическому течению тогдашней Европы, хотя некоторые пытались отнести его к декадансу, так характерному для литературы конца позапрошлого столетия. Но он через чур, эклектичен, а, скорее всего он всегда был сам по себе. Кроули – это искатель. Он создает свою собственную философию и религиозное учение.

Алистер Кроули родился в городке Лемингтон, что неподалеку от Стратфорда-на-Эйвоне, где появился на свет Вильям Шекспир. Ныне в Лемингтон тоже ездят "на поклон", хотя, по счастью, последователей Кроули гораздо меньше, нежели почитателей Шекспира.
Отец Кроули был пивным фабрикантом, но однажды принял решение и отошел от дел, дабы посвятить себя пропаганде взглядов христианской секты "Плимутские братья". Суть учения сектантов сводилась к тому, что Апокалипсис уже совсем близко, и потому надо строжайше соблюдать все моральные нормы: так спасешься! Свое рвение Эдвард Кроули прежде всего обратил на своего отпрыска, в чем ему всячески содействовала мать Алистера - Эмили Берт.
Много позже, когда Алистер Кроули станет убежденным анти- христианином и автором оккультных книг, именно безжалостное пуританское воспитание он назовет главной причиной того, что всей душой возненавидел христианство.  
В 1887 году Кроули-старший умер от рака, и его вдова целиком отдалась делам секты. До сына у нее просто не доходили руки. Впрочем, к тому времени она уже отчаялась наставить на путь истинный упрямца, который чтению религиозных книг предпочитал дворовые забавы с такими же сорванцами. Особенно Алистеру нравилось бить камнями церковные витражи...
В 20 лет Кроули был зачислен в Тринити-колледж Кембриджского университета. Сперва он проявлял интерес к изучению «моральных наук» (философии, психологии и экономики), но затем, под влиянием учителя, переключился на изучение английской литературы. Годы обучения в университете были беззаботным временем для Кроули из-за крупного наследства, оставленного отцом.
Вскоре он оказался в окружении спиритов, медиумов и оккультистов. В те годы считалось хорошим тоном быть членом одной из масонских лож, однако Алистер Кроули никак не мог определиться, к кому примкнуть, потому что ему хотелось не абы чего, но эдакого, низвергающего основы, эпатирующего, беспредельного и беззаконного.
Через год после поступления в университет Кроули отправился в Стокгольм, как он говорил, его туда тянуло будто магнитом. И там, на берегах Балтики, на него снизошло озарение.


 "Во мне проснулось знание того, - писал он, - что я вовлечен в магические намерения... моей натуры, которая до того момента, по существу, была скрыта от меня. Это был опыт ужаса и боли, сочетавшийся с определенным душевным дискомфортом, и, в то же время, он представлял собой ключ к наиболее чистому и святому духовному экстазу, какой только возможен".
Недоброжелатели, впрочем, утверждали, что "озарение" было всего лишь следствием первого гомосексуального опыта, в котором Кроули сознательно отвел себе пассивную роль.
 Сознательным и трезвым был выбор и его творческого пути. Кроули возомнил себя поэтом, позаимствовав манеру письма у Суинберна, а тематику и характеры - у Де Сада. Причем в последнем Алистер Кроули преуспел настолько, что давно почивший в бозе маркиз, будь такая возможность, устыдился бы своей скромности. И действительно, в описаниях сексуальных оргий Кроули был чрезвычайно изобретателен и убедителен, чему прежде всего способствовал его личный опыт.
Еще его привлекал спорт. Каждое лето он совершал восхождения на альпийские вершины. В одной из таких экспедиций он познакомился с алхимиком из масонского Ордена "Золотая Заря" Джорджем Джонсом.
Очарованный как собственно Джонсом, так и его рассказами, Кроули вступил в Орден, где его основатель Сэмюэль Мазерс, граф МакГрегор, наряду с традиционными масонскими ритуалами практиковал средневековую каббалистику и восточную демонологию.
Членами "Золотой Зари" были люди, преследовавшие самые разные цели. У кого-то, например, у писателя Артура Конан Дойла, поэта Уильяма Йейтса или художника Джеральда Келли, они были благородными, хотя и наивными. Эти люди считали, что так они будут ближе к истине... Другая часть членов ложи во главе с Мазерсом страстно желала совсем другого. Естественно, Алистер Кроули примкнул к этой группе. Здесь шел упор на изучение демонологии, магии, алхимии и т.д…Именно в этой организации Кроули нажил двух влиятельных врагов: Уильяма Йейтса и Артура Уэйта. Кроули считал, что Уэйт — не более чем претенциозный зануда, и критиковал его произведения и редактирование других авторов.


Силу в Ордене постепенно набирали его "миролюбивые" члены. Не согласный с этим, Кроули уехал на север Шотландии, где на берегу озера Лох-Несс купил усадьбу "Болескин-Хаус". Он переоборудовал две комнаты под Черный и Белый храмы, и на пару с Джонсом с помощью заклинаний стали практиковать определенные магические ритуалы. Он прочел книгу о маге Абрамелине, пере веденную Мазерсом с французского, где описывался обряд вызывания и подчинения духов тьмы. После этой магической операции адепт овладевал способностью вызывать бури, летать, делать золото, а главное — повелевать людьми. Кроули увлекся не на шутку. Совершение обряда Абрамелина должно происходить в отдельном доме с выходом на север и окнами на все стороны света, чтобы безопасно наблюдать за проделками духов. Кроме того, тем требуется отдельное жилье в виде небольшого сарая. Болескин на южном берегу озера Лох-Несс отвечал всем этим требованиям. С тех пор спокойная жизнь местных обитателей закончилась. Проходя теперь мимо дома с привидениями, они беспрерывно крестились. Тогда же, в Шотландии, Кроули объявил, что является новым жизненным воплощением чародея-сатаниста  Элифаса Леви, скончавшимся в день его рождения, а также познакомился с местными ведьмами, сплошь пресыщенными аристократками. Но уже после нескольких мистерий Верховная Жрица прогнала его прочь за "сексуальную распущенность и животные извращения".

(Заметим к слову, что через много лет усадьбу "Болескин-Хаус" приобрел гитарист рок-группы "Лед Зеппелин" Джимми Пейдж, считавший себя в начале 70-х годов последователем Алистера Кроули. Правда, вскоре музыкант одумался, опомнился и публично отрекся от идей своего "учителя".)

На фото : Джимми Пейдж на фоне "Болескин-Хаус"

Вернувшись Лондон, Кроули получил все степени посвящения в первом (внешнем) Ордене "Золотая Заря), а в Париже обиженный на "коллег" Мазерс принял его во второй (внутренний) орден. Однако члены "Золотой Зари" отказались признать законность этого посвящения.
После этого снедаемый тщеславием Кроули, который возмечтал стать уже не "одним из", а первым среди неравных, отправился в Мексику. Там он пишет книги, становится масоном 33-й степени, проводит эксперименты с магическим кристаллом, который купает в крови жертвенных петухов. Он разрывает отношения с Мазерсом.
В октябре 1901 года Кроули приступил к практикам Раджа-Йоги, а в 1902 году написал эссе «Берашит», в котором представил медитацию  как «средство для достижения цели». Эссе описывает церемониальную магию как способ тренировки воли и постоянного направления мыслей на желаемый объект путём ритуала.
Потом - Индия, Цейлон, Бирма; йога и медитация, оккультная эротика и дьявольские заклинания. В 1902 году Кроули завернул в Париж, где его шокирующие утверждения привлекли к нему местную богему. Он рассуждает о вечном со скульптором Огюстом Роденом, объясняет преимущества дьявольского над ангельским Сомерсету Моэму, который впоследствии изобразит Кроули в своем романе "Маг" под именем Оливера Харло.
Через год Кроули женится на Розе Келли, сестре своего бывшего собрата по ложе, и отправляется в свадебное путешествие. Париж, Рим, Индия, Египет... В Каире супруга Кроули очень удачно обретает способность к трансу, и тут же получает весточку от древнего духа Айваза. Жена, естественно, делится услышанным с мужем, и через несколько дней из-под пера Алистера Кроули выходит "Книга закона.
По другой версии, уже к самому Кроули  явилась трансцендентная личность –дух Айваз и надиктовала ему Книгу Закона, ставшую впоследствии основой учения Телемы. «Телема» в переводе с греческого означает «Воля».
Но и это еще не все: эпичность ситуации заключается в том, что, согласно еврейскому расовому учению Каббалы, «телема», «айвасс» и «агапе» (др.-греч. «любовь») имеют одно и тоже числовое значение — 93. Таким образом, либо под воздействием наркотиков и под впечатлением от произведений  Франсуа Рабле, либо под воздействием своей бурной фантазии или действительного озарения, Кроули выдал: Любовь — вот Закон! Делай, что Пожелаешь — вот закон! Поступай согласно своей Воле. Подобная арифметическая акробатика и бодрые речёвки, как правило  приводят в восторг всех современных телемитов. Поэтому они начинают свою речь с обозначения 93! и заканчивают следующим образом: 93 93/93.
Кроули отметился изобретением  концепцией про смену эпох и эонов: якобы уже наступил эон Гора (или эра Водолея), который изменит «энергетическую картину человечества», и все разом станут как та самая трансцендентная личность. 
Между прочим, учитывая специфическое чувство юмора Кроули и происхождение самого термина (читайте «Гаргантюа и Пантагрюэль» мэтра Франсуа Рабле), вовсе не исключён факт того, что Кроули сочинил это достаточно  пафосное учение  исключительно в провокационных целях, либо забавы ради.
В принципе, ничего нового Кроули миру не сообщил. Большинство умозаключений были заимствованы им у Ницше и других философов. Только в отличие от них Алистер Кроули не затруднял себя выкладками и доказательствами, вместо этого щедро сдабривая текст каббалистикой и призывами к "свободному сексу". И он добился своего: самые "продвинутые" европейские интеллектуалы купились на это.
 Алистер Кроули поучал: "Если Сила спросит "почему", она станет Слабостью". И еще: "Не сострадай падшим..."
Основав в 1907 году собственный Орден "Серебряная Звезда", Кроули и сам жил по этим принципам.


В 1904 году от брака с Розой у Кроули родилась дочь, которой он дал имя Нуит Ма Ахатор Геката Сафо Джезабел Лилит Кроули. Ребёнок умер в возрасте двух с половиной лет, когда Кроули оставил её с Розой после поездки в Китай. Спустя некоторое время рождается вторая дочь, Лола Заза Кроули.
В 1909 году у его супруги стали проявляться симптомы агрессивного умопомешательства, и Кроули незамедлительно развелся с ней, а когда Роза Келли-Кроули через два года покончила с собой, лишь пожал плечами, когда ему сообщили о трагедии.
А за несколько лет до этого произошла такая история. Когда английская экспедиция пыталась покорить тибетскую вершину Канченджанга, лавиной засыпало одного из альпинистов. Алистер Кроули отказался принимать участие в его спасении... Еще он избивал и всячески унижал носильщиков-шерпов, считая их недочеловеками.
Эта убежденность в своем превосходстве привлекла к Алистеру Кроули внимание главы немецкого Ордена "Восточные Тамплиеры" ("О.Т.О.") Теодора Ройсса, одного из будущих идеологов нацизма. Заинтересовали его и магические возможности Кроули, который непрестанно "совершенствовал" их с помощью различных галлюциногенов, прежде всего мескалина. Особый восторг немецкого мистика вызвала сексуальная сторона учения - смесь тантрического индуизма и масонских практик, ведь многие проводившиеся Кроули мистерии часто завершались групповым сексом.
Ройсс приехал к Кроули и предложил ему вступить в ряды "О.Т.О.". Предложение было с благодарность принято. При посвящении Алистер Кроули принял имя "брат Бафомет", отождествив себя с одним из главных демонов.

После этого Алистер Кроули оставляет недомолвки, и сначала в "Книге Лжей", а затем в "Книге Хет" излагает все без обиняков:
   "1. Сие тайна Святого Грааля, который есть священный сосуд Нашей Госпожи Багряной Жабы (сторонники Кроули предпочитают иной перевод - Багряной Жены, - С. Г.)... той, что ездит на Господине Нашем Звере. 2. Ты соберешь всю кровь жизни твоей в Золотую чашу блуда Ее...10. Если есть у тебя любовь, вырви свою мать из сердца и наплюй в лицо отцу своему; пусть нога твоя топчет живот жены твоей, и пусть младенец у груди ее станет добычей собак и грифов. 11. Ибо если не сотворишь сие по воли своей... тогда мы это сделаем помимо воли твоей".

***

Марта Кюнцель, одна из последовательниц Кроули в Германии, считала, что Адольф Гитлер был последователем наставлений Кроули, и с энтузиазмом следовала идеям нацизма. Однако как указывает Мартин Бут в книге «Жизнь Мага», сам Кроули неоднократно говорил о Гитлере как о «Маге, который не смог понять истинную суть таинства». Кроме того, хорошо известно, что друг и спонсор Кроули Карл Гермер был арестован нацистским правительством по обвинению в «сотрудничестве с врагом рейха» франкмасоном Алистером Кроули. Однако, несмотря на эти факты, после смерти Кроули, представление о влиянии Кроули на Гитлера получило весьма широкое признание в оккультной среде.

Незадолго до начала Первой Мировой войны Кроули приехал в Москву с хором девушек "Реггид регтайм герлз". Увы, новых стронников учения Телемы в православном городе ему навербовать не удалось, и оттого плохо скрытое раздражение сквозит в его поэме "Град Божий" и очерке "Сердце Святой Руси". Кремль Кроули называет "сбывшимся сном курителя гашиша", восхищается варварской красотой колокольных перезвонов, а о Храме Христа Спасителя отзывается, как о "плохой церкви в современном европейском духе, где высота так непропорциональна ширине, что кто-нибудь может вообразить, будто находится в камере пыток бога-садиста... Вследствие этого здание превращается в некий магический рот с золотыми зубами, который высасывает душу, пока она не исчезнет".

 Кроули утверждал, что с 1912 по 1921 год во время своих ритуалов убивал ежегодно по 150 детей. Однако это был всего лишь, с позволения сказать, рекламный трюк, привлекавший к нему одурманенных наркотиками аристократов, не знающих, куда девать деньги.  Кроули проводил большую часть своего времени преимущественно как позер, старательно зарабатывая имидж аморального человека.
 В 1916 году Кроули впервые провел обряд, неоднократно повторенный им впоследствии: крестил жабу Иисусом Христом и распял ее. Неоднократно с переводчиком-телемистом Виктором Нойбергом он выполняет ритуал вызывания богов - Юпитера и Меркурия, включающий в себя гомосексуальный акт.
Последнее, однако, не мешает Кроули в 1918 году жениться на бывшей школьной учительнице Лие Херциг. Эта женщина была без ума от Кроули, который и впрямь обладал каким-то колдовским влиянием на женщин. Он с легкостью подчинял их своей злой воле, заставляя ползать в нечистотах, лаять, чесаться по-собачьи и демонстрировать свои гениталии новым сторонникам учения Телемы.

Пожалуй, одним из самых известных по сей день оккультных проектов Кроули было создание Телемского аббатства.




В 1920 году Кроули уехал в Чефалу на Сицилии и основал там свое «аббатство» телемы (греч. «воля»), которое в наше время назвали бы «коммуной». В нём, со своими немногочисленными последователями он предается беспорядочным половым связям, употреблению наркотиков и занятиям магией. В феврале в Чефалу умер ученик Кроули Рауль Лавдей (согласно одному из предположений, смерть произошла из-за отравления кошачьей кровью, чашу с которой якобы поднёс ему Кроули). Жена Лавдея, Бетти Мей, подняла в британской прессе («Sunday_Express» и др.) кампанию против Кроули. В апреле  итальянская  полиция приказала Кроули и его последователям покинуть Сицилию («невзирая на петицию протеста против подобных действий властей, направленную синьору Муссолини и подписанную всеми выдающимися гражданами Чефалу»).
Изгнанный из Италии, Алистер Кроули уезжает в Тунис, а затем в Германию, где становится главой ложи "О.Т.О.". Имея за спиной такую мощную поддержку, как набирающий силу национал-социализм, Алистер Кроули ездит по Европе, пытаясь пропагандировать учение Телемы.
Однако ни одна страна не хочет сколько-нибудь долго терпеть его выходки, поскольку это сказывается на репутации государства. Наконец во Франции Кроули все же оказывается под судом. Причем он сам невольно спровоцировал разбирательство, обвинив в клевете свою бывшую приятельницу Нину Хэмнет. Но на процессе ответчица приводит неопровержимые доказательства того, что все рассказанное ею о кошмарных ритуалах, практиковавшихся Алистером Кроули в Телемском аббатстве - правда. И тут же выставила встречный иск...
К тому времени Кроули был весьма стеснен в средствах. Состоятельных учеников становилось все меньше; отношение нацистов к Кроули  изменилось - теперь, в 1934 году, они сами хотели диктовать правила игры "в оккультизм"; не надолго хватило Кроули и приданого его новой супруги никарагуанки Марии Феррари де Мирамар. После того, как Кроули удовлетворил финансовые претензии Нины Хэмнет, он был вынужден объявить себя банкротом.
Единственным источником его дохода становятся книги, которые он пишет прямо-таки с лихорадочной скоростью.

Остаток жизни Кроули провёл, скитаясь по недорогим гостиницам, сначала в Лондоне, затем в Гастингсе. Там он занимался рассказами о своем учении и поиском денег на жизнь. Ряд биографов и историков проводят мысль о его пристрастии к героину в то время. В то же самое время он познакомился с Джеральдом Гарднером, основателем Викки. Существует мнение, что основные книги виккан написал Кроули для Гарднера за деньги, но данное утверждение представляется сомнительным ряду исследователей. И все же последние годы своей жизни Кроули проводит в относительной безвестности, будучи клиентом-алкоголиком пансиона для престарелых "Незервуд" в английском Гастингсе.
1 декабря 1947 года Алистер Кроули умирает. Официальная версия гласила: "От хронического бронхита". На этом настояли, как считается, владельцы пансиона, которым было трудно объяснить, как находившийся в их заведении пациент доставал шприцы с героином...
 5 декабря Кроули кремировали в Брайтоне. Во время церемонии поконик был одет в бело-красно-золотой балахон, руки его сжимали меч и скипетр. Над могилой, согласно завещанию, прозвучали избранные места из "Книги Закона" и сочиненный Кроули в преддверии смерти "Гимн Пану". В нем были такие строки: "И я - в бреду; неустанно и бесконечно я насилую, рву и треплю этот мир..." Все-таки он был плохим поэтом.
В связи с панихидой по Алистеру Кроули городской совет Брайтона вынес постановление: Мы предпримем все необходимые меры, чтобы не допускать впредь повторения подобного происшествия".

***

Вопреки сложившемуся мнению Кроули не был сатанистом в буквальном смысле этого слова. Сатанизм — это христианство, вывернутое наизнанку, его адепты совершают «черную мессу», где место Спасителя занимает дьявол. Кроули же считал, что время христианства безвозвратно ушло, хотя и охотно пользовался христианской лексикой, в основном почерпнутой из Откровения Иоанна Богослова. Его взгляды типичны для оккультного возрождения XIX столетия, в котором западная эзотерическая традиция вступила в сложные отношения с наукой. Как и большинство других оккультистов, Кроули верил, что эволюция гомо сапиенса не закончилась, что у человечества пробуждаются магические способности, овладеть которыми ему помогают высшие наставники (махатмы теософии, тайные вожди «Золотой зари» и другие не менее загадочные персонажи). Выделялся же он среди единоверцев нетерпением. Он бросал вызов многочисленным табу, господствовавшим в культуре, что порождало его конфликты не только с обществом, но и с более умеренными единомышленниками вроде Йейтса.

«Серебряная звезда» Кроули  бала закрыта для простых смертных, там пребывали лишь тайные члены. Но Кроули уже числил себя по этому ведомству, а теперь решился открыть секреты жаждущим. Среди них был один весьма перспективный адепт — поэт Виктор Бенджамен Нойбург (1883–1940). Подобно Кроули, он закончил Кембридж и имел богатых родителей (у самого мага наследство в ту пору заметно истощилось). Но главное заключалось в том, что Нойбург обладал не меньшими медиумическими способностями, чем Роуз Келли, и прекрасно подходил для совершения совместных магических ритуалов.
Однако основной упор в осуществлении задуманного делался не столько на сам орден, сколько на литературно-оккультный журнал, который при нем открылся. Назывался он Equinox («Равноденствие»), и, как положено, первый номер вышел в весеннее равноденствие 1909 года. Журнал издавался роскошно и, хотя продавался непомерно дорого, расходов на издание не окупал. С деньгами подсобили Нойбург и сын банкира-одессита, женившегося на француженке, Жорж Раффалович (1880–1958).
Журнал печатал магические опусы, стихи и прозу (причем не только Кроули), а также начал публиковать магические ритуалы «Золотой зари». Пора было положить конец устаревшему принципу эзотерики. Всеми брошенный и доживавший свой век в Париже в полной нищете Мазерс (Кроули, случайно встретивший на парижском мосту его жену Мойну, ехидно заметил, что она выглядит как уличная женщина) подал в суд на попрание авторских прав, но Кроули выиграл. Пожалуй, это было единственное дело, которое ему удалось выиграть в британском суде. Все остальные он безоговорочно проигрывал.
Видимо, публикация тайных обрядов «Золотой зари» и подвигла Кроули к идее не просто напечатать для всеобщего обозрения собственные ритуалы, но и исполнить их перед публикой. Впрочем, здесь он пионером не был.
Мазерс тоже разыграл для зрителей в марте 1899 года в Париже сочиненный им «Ритуал Изиды». Однако ритуал был задуман как реконструкция того, чем якобы занимались древнеегипетские жрецы. На зрителей обрушились потоки велеречивой прозы, из которых по преимуществу и состояла оккультная литература тех лет. Все было сделано чинно, благолепно и скучно. Кроули решил поступить по-другому. В ту пору он как раз и познакомился с претенденткой на роль второй Багряной жены — австралийкой Лейлой Уоддел   . Правда, говорила она с вульгарным австралийским акцентом и не годилась для произнесения ритуальных формул (кембриджский сноб Кроули боялся, что духи не пойдут на контакт с простолюдинкой), зато очень темпераментно играла на скрипке, обучившись этому самостоятельно. Лейла должна была обеспечить музыкальную часть ритуала. Вторым новшеством, конечно, оказалась поэзия. Стихи собственные и чужые должен был декламировать сам маг. Виктора Нойбурга решили использовать в другом качестве — танцора, что привносило в ритуал важный элемент дионисийства. К тому же предполагалось, что именно средствами танца удастся передать вселение в медиума Нойбурга тех духов, которых предстояло вызвать. Мазерсу до всего этого было, конечно, далеко — ни музыки, ни стихов, ни публичной одержимости духами, которым в приличном оккультизме предписывалось оставаться невидимыми. Имелось у Кроули и еще одно тайное оружие, но о нем чуть позже.
Итак, в конце августа 1910 года публика собралась на представление «Обряд Артемиды». Оно проводилось в редакции «Эквинокса» в Лондоне по адресу Виктория-стрит, 124 (здание сохранилось по сей день, хотя и в несколько перестроенном виде). Зрители, заплатив за вход, поднялись на четвертый этаж, где у дверей их встретил Виктор Нойбург в белой мантии с обнаженным мечом. Помещение редакции было освобождено от мебели, по полу разбросаны подушки. Зрителем предложили рассесться на восточный манер и обнесли чашей для возлияний. В ней было что-то сладковатое со слабым привкусом опия и алкоголя. В тусклом свете различался алтарь, вокруг которого стояли люди в мантиях, некоторые с мечами в руках. Курились благовония. Храм очистили водой и освятили огнем. Кроули, облаченный в черное, обошел три раза вокруг алтаря, вовлекая в магическую процессию и зрителей. Присутствующие снова испили по очереди из чаши. Затем были произнесены каббалистические заклятья. Какое отношение иудейская магия имела к греческой богине, было не совсем ясно, но впечатление выкрики на древнееврейском произвели. Выпили еще раз. Кроули продекламировал песнь Орфея собственного сочинения. В храм ввели женщину с лицом, покрытым синей краской, и усадили ее на высокий трон. Это была Уоддел. Кроули прочел начало «Аталанты в Калидоне» Суинберна и наконец призвал Артемиду. Наступил черед Нойбурга, исполнившего в ее честь танец Пана. Танцор вошел в экстаз и рухнул на пол, где пролежал до конца ритуала. Затем последовал апофеоз. Уоддел взяла в руки скрипку и исполнила Abendlied Шуберта. Тут экстаз овладел и зрителями. По крайней мере так написал журналист Daily Sketch Реймонд Рэдклифф, приглашенный осветить событие в прессе.
Остается лишь раскрыть секрет той смеси, которой устроители «Ритуала Артемиды» обильно потчевали зрителей. В ней присутствовала не только настойка опия, но и небольшая доза мескалина (этот сильнодействующий алкалоид, извлекаемый из кактуса пейотль, в ту пору не считался наркотиком и не был запрещен законом).
Видимо, доза была щадящей, видения не посетили зрителей, но чувства их заметно обострились. Об этом писала впоследствии в романе «Иероглиф» (1932) одна из свидетельниц ритуала Этель Арчер. Под легким беллетристическим покровом в романе вполне узнаваемы реальные персонажи. Виктора Нойбурга звать Бенджамен Ньютон (Бенджамен — среднее имя поэта), Кроули — Владимир Сварофф (этим псевдонимом он пользовался в пору своей дружбы с Аланом Беннетом). Писательнице «возлияние» не понравилось на вкус, но она оценила его бодрящий эффект. Правда, пожаловалась, что он не проходил почти неделю.

Результаты «драматического ритуала», как он назвал свой эксперимент, крайне вдохновили Кроули. Это была та синтетическая форма, которая могла адекватно подготовить человечество к новому откровению «Книги закона» и приобщить его к высоким забавам «Божественного дитяти».
Искусство подавалось в нем в магическом обличье — магия в виде искусства. Одно усиливало другое. Устоять против такого двойного эффекта было невозможно. Именно этого и хотели от него тайные вожди. Бедный старый Мазерс со своими скучными «Ритуалами Изиды» и убогий драмодел Йейтс ему и в подметки не годились. Не говоря уже о том, что на всем этом можно было неплохо заработать. Публика охотно раскошеливалась на экзотическое удовольствие.
В голове Кроули возник план повторить успех в коммерческих масштабах. Вместе с Нойбургом, Раффаловичем и капитаном Джоном Фуллером он сочинил новый ритуал, который назвал «Элевсинские мистерии». Он происходил среду в течение почти двух месяцев — октября и ноября 1910 года. К «Элевсинским мистериям» в том виде, в каком можно представить их по отрывочным сведениям, сохранившимся из античности, это не имело никакого отношения. Каждое представление было посвящено одной планете и соответственно божеству.
Начать решили с Сатурна. Драматическая интрига цикла ритуалов заключалась по задумке Кроули в следующем. Первый был должен убедительно продемонстрировать смерть бога и погружение мира во тьму отчаяния. Это отражало ключевую мифологему «Книги закона» — патриархальная эпоха Озириса уходила в прошлое. Кроули окрестил ее эпохой «умирающих богов», позаимствовав термин у Фрейзера, чья многотомная «Золотая ветвь» пленила воображение образованной публики начала века. Озирис, Дионис, Христос — это все боги умирающие. В «Элевсинских мистериях» у Кроули со товарищи их ряды пополняет дряхлый Сатурн.

Затем на помощь призывается Юпитер, но он тоже оказывается бессилен помочь несчастному человечеству. У него есть мудрость, но нет энергии. За энергией приходится обратиться к Марсу, но он тратит ее на ложные цели, упиваясь иллюзорным триумфом победы. Не в силах помочь оказывается и Венера, которая трактуется Кроули не в своей привычной ипостаси богини любви, а скорее как мать природа. Ей в помощь призывается стремительный гонец богов и глашатай оккультного знания Меркурий. Спасительных рецептов не дает и он. И лишь самое юное божество — нарождающаяся Луна вселяет в людей надежду. Но только после того как с нее сдергивает покров игривый Пан, воплощающий энергию человеческой юности. С его легкой руки происходит соитие Божественного дитяти с человеком и наделение последнего божественным статусом. Таким образом, цикл «драматических ритуалов» должен подвести зрителей к главной идее Кроули: протагонист новой эпохи Гора — это человек, давший волю своим инстинктам, и прежде всего инстинкту сексуальному. Однако большие надежды, которые Кроули связывал с «Элевсинскими мистериями», не оправдались. Не помогла и остроумная маркетинговая идея: билет продавался на весь цикл сразу, правда, с правом передачи другому лицу. Расчет был на то, что, вкусив запретный плод, истинный гурман не сможет остановиться. Кроули и вправду удалось заинтересовать своих состоятельных поклонников, и билеты, продававшиеся за неслыханную по тем временам цену в 6 гиней (несколько сотен долларов в пересчете на нынешние деньги), были раскуплены. Но смерть дряхлого Сатурна, не заинтриговала просвещенных зрителей. О том, что бог умер, им уже давно сообщил Ницше. Так что, несмотря на потраченные деньги, мало кто из зрителей досмотрел весь цикл до конца.
Провал признал и сам Кроули, но, будучи совершенно не склонным к самокритике, он свалил все на слабость театральной формы: «Я недооценил важность драматических элементов, диалог и действие были только фоном для солистов». Группа дилетантов под началом Кроули, конечно, не могла увлечь продвинутых театралов, избалованных такими режиссерами, как Гордон Крэг, и такими актрисами, как Элеонора Дузе. Но дело было не только в этом. Эпоха символистского театра достигла своего пика, но за пиком неизбежно следует упадок. Форма, в которую Кроули облек «драматические ритуалы», начинала устаревать. Между тем сами идеи сексуальной магии были шокирующе новы, и устаревающая на глазах форма им никак не соответствовала. Этот разрыв между формой и содержанием и стал причиной провала «Элевсинских мистерий». Действо не устроило ни изысканных театралов, ни оккультистов.

Лондонская желтая пресса набросилась на Кроули как стая борзых. Особенно усердствовала газета Looking Glass, корреспондент которой не только назвал зрелище кощунственным и непристойным, но и снабдил репортаж фотографиями, которые должны были подтвердить его слова.
На фотографиях можно разглядеть людей в мантиях с капюшонами, алтарь, испещренный таинственными письменами, и более ничего. Разве что на одной женщина с распущенными волосами (Уоддел) припадает к груди возлежащего на алтаре Кроули. Однако оба одеты, и лицо женщины выражает скорее скорбь, чем похоть. Похоже, репортера смутило само сочетание рассуждений о смерти бога с экстатическими танцами и музыкой. К тому же на сцене часто гас свет — поди разбери, чем занимаются в темноте эти распущенные безбожники. Тем более что до корреспондента явно доходили слухи о сексуальных подвигах Кроули. «Господа, разве вы допустите, чтобы ваши жены и дочери видели все это непристойное богохульство?» — восклицает автор статьи.
Понятно, что для желтой прессы личность Кроули была настоящей находкой. Викторианская эпоха закончилась, но общественные табу по-прежнему держали в страхе консервативное британское общество. Викторианцы канализировали свой болезненный интерес к сексу через многочисленные научные его исследования: ни одна эпоха не дала столько описаний сексуальных патологий. Наука придавала болезненному интересу респектабельную форму. Теперь этот интерес стала удовлетворять желтая пресса, набрасывая на него удобный покров морального негодования.
Если театральные прожекты Кроули не удовлетворили знатоков своим очевидным дилетантизмом и устаревающей формой, то у широкой публики они вызвали всплеск негодования, искусно подогретый бульварной прессой, которая первой поняла, как можно заработать на буржуазном лицемерии.

Именно с той поры репутация Кроули неумолимо покатилась вниз. Он безуспешно пытался защищать ее в судах, но в двадцатые годы она рухнула окончательно. Тогда-то он и получил прозвище «самого порочного человека в мире». Однако не столько за театральные эксперименты, сколько за образ жизни. Корреспонденты Looking Glass, John Bull и других «прототаблоидов» (собственно таблоиды появились лишь после Первой мировой) оправдали надежды обывателей и снабдили их чудесным объектом для возбуждения сладкого ужаса и возмущения.