Терминус / Terminus

Истолкование Термина лежит на поверхности. Это бог межевого столба, границы между владениями (Овидий, Фасты, 2,642: separat indicio qui deus arua suo) или в межгосударственном масштабе между ager Romanus и его соседями. Он, следовательно, является гарантом счастливого мира, обеспечиваемого соблюдением внутренних и внешних границ.

Hans Holbein the Younger. Terminus




Грань ты народам, и грань городам, и великим державам.....

Граница окружает Государство. Она описывает Государство. Она определяет Государство, являясь его пределом.
Всякая вещь есть то, что она есть, благодаря ее границам. Ведь именно они отделяют ее от иной вещи. Отсюда важнейшее значение понятия границы не только для международного права, оборонной доктрины или структуры ВС, но и для философии как таковой. Граница это не просто инструмент философии, но ее сущность, так как самое высшее философское понятие - трансцендентность - означает в переводе с латинского "лежащее по ту сторону границы".

Граница выражает вовне то, что лежит внутри и, одновременно, ограничивает сущность вещи в ее столкновении с другими вещами. Граница есть нечто священное. У древних греков существовал особый бог - Terminus, означающий предел, границу. Это не просто божество, покровительствующее границам, это «божество-граница», некая особая сакральная концепция, игравшая центральную роль в мировоззрениях древних индоевропейских народов.
В магии также существует важное понятие "стража порога" - особого существа, которое находится на пересечении двух миров: потустороннего и посюстороннего, плотного и тонкого, жизненного и посмертного, бодрственного и сновиденческого. Это - тот же древний Terminus, лишь несколько видоизмененный.

Иерархия "стражей порога" особенно подробно описана в тибетском тантрическом буддизме. Там они изображаются в виде "дакинь", ужасных женских существ из свиты богини Кали или Тары. Они набрасываются на человека в тот момент, когда он выходит на новый уровень существования - в момент совершения особых ритуалов (особенно ритуала "чод"), во время путешествий по пустынным местам, сразу после смерти и т.д. "Стражи порога" как бы следят за тем, чтобы вещи и люди оставались самими собой, чтобы их внутреннее "я" сохранялось нетронутым и постоянным. И как только кто-то переступает черту, они тут как тут. То же самое можно сказать и о философской стороне вещей. Вещь существует через понятие о ней, через некий грозный языковой и смысловой ореол, который не позволяет ей расствориться в хаосе неструктурированной, иррациональной реальности. Граница сопряжена с разумом, с его тайной природой. Разум как сугубо человеческое и в высшем смысле божественное качество проявляет себя как раз через учреждение границ, определений, утверждений сущности вещей и явлений.

Итак, граница есть основа мышления, проявление божественного начала. Бог сам по себе безграничен, "трансцендентен", но он обнаруживает свою божественность именно через отсутствие границ, которые Он же и утверждает в бытии, чтобы отличить Себя от несебя и "быть познанным" несобой, хотя бы отчасти.
Если все это так, то границы государства и их защитники должны быть наделены совершенно особым символизмом, исполнять важнейшую священную миссию, намного превосходящую чисто утилитарную, административную, военно-стратегическую функцию.
Пограничники это не просто вид ВС, но некое особое сакральное качество. Это современный адепт древнейшего культа бога Terminus.



В «Истории Рима от основания города» есть интересный момент: когда царь Тарквиний Приск (Древний), решивший заложить храм Юпитеру на Капитолии, попросил божеств покинуть холм. Все божества согласились, и только Термин не сдвинулся с места. Решение этой проблемы было достаточно оригинальным: святыню Термина – межевой камень – оставили внутри храма Юпитера. Дионисий Галикарнасский называет это как "Юпитер терминальный".
В чем же смысл этого предания? Оно дает религиозное обоснование святости и нерушимости межевых камней на границах участков и неприкосновенности частной собственности. О святости границ нам говорит и тот факт, что римляне считали, будто тот, кто выкопает пограничный камень или разрушит его, будет проклят.
Любопытно, что первоначально предание работало на благо крупных землевладельцев. Именно они чаще всего приносили Терминусу жертвы и почести. Однако со временем, к Терминусу стали чаще обращаться мелкие землевладельцы, на земельные участки которых «покушались» крупные латифундии.

Итак, Термин или Терминус – римский бог границ и межевых знаков. Межа считалась священной и находилась под особенным покровительством его. Кстати, межа, в классическом понимании – это середина колеи, участок между углублениями, образованными колёсами в грунте; узкая полоса необработанной земли, граница земельных участков.
Введение и упорядочение культа Термина приписывается преданием Титу Тацию, освятившему пограничный камень на Капитолии, и Нуме, учредителю Терминалий, которые праздновались в конце древнеримского года. В связи с этим Нуме приписывается разделение области на участки (лат. pagi), состоявшие из совокупности посёлков и дворов и объединённые общим управлением и культом.

Нелегко управлять народом, не научившимся различать свое от чужого, привыкшим к тем стародавним порядкам, когда общим было все. Часто приходили к Нуме Помпилию с жалобами на захват участков и кражу скота, когда же он призывал к себе похитителей, те все бесстыдно отрицали. В глазах у своих подданных благочестивый сабинянин улавливал волчий блеск, свидетельствовавший о прирожденной завистливости и жадности выкормышей волчицы. Он долго думал над тем, как его подавить, но, не найдя решения, отправился за советом к своей Эгерии.
Вернувшись, Нума собрал народ и объявил, что нимфа посоветовала ему отдать каждому совершеннолетнему римлянину безвозмездно участок земли, поделив ту землю, которая была завоевана Ромулом и передана для общего выпаса скота. Единственным условием для получения участка было то, что его собственник вырывал на указанной ему границе яму и укладывал в нее заранее подготовленный массивный камень, а за неимением его дубовую колоду, и должен был утрамбовать вокруг почву и обложить для прочности булыжниками. Кстати,  это может указывать на хтоническую природу этого божества. При этом было установлено, что тот, кто выкопает пограничный камень, подлежал проклятию и мог быть казнен; впоследствии смертный приговор был заменен штрафом. Формула этого установления сохранилась до нашего времени в обломках найденной в мае 1899 года на форуме надписи (lapis niger), принадлежащей к древнейшим остаткам латинского языка.

Когда все получившие землю выполнили это предписание, Нума созвал их и обратился к ним с такой речью:

Я вижу, что вы недоумеваете, зачем я вас просил выполнить труд, показавшийся вам бесполезным. Так вот, я хочу сказать, что вы совершили обряд почитания бога священной межи Термина. Повелеваю каждый год 23 февраля умащать каждому своего Термина благовониями и увенчивать венками. Я предвижу, что некоторым из вас может захотеться расширить свои владения, выкопать свой Термин и перенести на новое место. Знайте, что этот человек лишится всего, что имел.

Так Нума утвердил священное и неприкосновенное право собственности на землю — основу государственности, порядка и благосостояния. После этого было немало желающих вернуться к общей собственности. Иногда им удавалось уговорить людей уничтожить термины и сообща обрабатывать землю. Но из этого ничего хорошего не получалось. Во главе государства становились люди, потакавшие таким же лентяям, как они сами. Да и трудолюбивые люди, видя, что плодами их труда пользуются лежебоки и крикуны, начинали работать хуже. Беднело все общество. И приходилось возвращаться к порядкам Нумы.

Наряду с Капитолийским Термином существовал ещё исконный римский Термин, изображение которого находилось на форуме.

Стоит подробнее описать обряды при постановке пограничных камней – терминов :

Прежде всего, камни ставились близ ям, в которые их предстояло опустить, натирались мазью и украшались повязками и венками. Затем в ямах приносились и сожигались жертвы. Дно ям орошалось кровью жертвенных животных и усыпалось курительными веществами и полевыми плодами в соединении с мёдом и вином. Когда жертвенное животное обращалось в пепел, камни ставились на горячие головни и остатки сгоревшей жертвы и с величайшею аккуратностью устанавливались в ямы. При этом обряде должны были присутствовать владельцы тех участков, которые размежевывались означенными пограничными камнями.
Короче говоря, от этого почитания межевых камней развилось совершенно конкретное поклонение богу Терминусу в честь которого и проводились празднества Терминалий. О них рассказывается, в частности, в эпической поэме Овидия "Фасты", где излагается календарь римских праздненств и связанные с ними предания:

Ночь миновала, и вот восславляем мы бога, который
Обозначает своим знаком границы полей.
Термин, камень ли ты иль ствол дерева, вкопанный в поле,
Обожествлен ты давно предками нашими был.

Владельцы прилегающих полей собирались у общего пограничного знака, и каждый украшал гирляндами свою сторону камня или столба. Как и при закладке терминов,  приносились жертвы (чаще всего бескровные) и возлияния - медом, вином, молоком, зерном, пирогами. Плутарх говорит, что, в соответствии с характером Терминуса как гаранта мира, его самое раннее вероисповедание не вовлекало жертвы крови. Праздник носил веселый, мирный характер: жители соседних посёлков собирались для общего пира, пели песни, посвящённые Термину, как установителю границ и примирителю вражды и споров.

По два тебе пирога, по два приносят венка,
Ставят алтарь; и сюда огонь в черепке поселянка,
С теплого взяв очага, собственноручно несет.
Колет дрова старик, кладет их в поленницу ловко
И укрепляет с трудом ветками в твердой земле.
После сухою корой разжигает он первое пламя:
Мальчик стоит и в своих держит корзины руках.
После того как в огонь он бросит три горстки пшеницы,
Дочка-девчонка дает сотов медовых куски.
Прочие держат вино, выливают по чашке на пламя,
В белых одеждах они смотрят и чинно молчат.

Стоит напомнить, что кроме большого числа терминов, существовал культ одного Термина: изображавший его камень был помещен в Капитолийском храме, что символизировало нерушимость границ Рима. Те же обряды совершались и там, на древней границе городской территории и в роще Терминов на Лаврентинской дороге (в 9 верстах от Рима).

Земли народов других ограничены твердым пределом;
Риму предельная грань та же, что миру дана.

Если рассматривать Терминалии в современном контексте, то празднуются они для того, чтобы освятить границы как основу мира и содружества между соседями, сотрудниками, сослуживцами, коллегами, соотечественниками, разнопартийцами, всеми, кто разделяется границами - и соединяется ими. Граница - место со-раз-деления жизненных условий и трудов. Удачно проведенная граница - залог добрососедства. Без терминов, освящающих межи, началась бы междуусобица и война всех против всех. У нас нет ничего более общего, чем границы, разделяющие нас. Вот как Овидий обращается к термину:

Грань ты народа, и грань городам, и великим державам,
А без тебя бы везде спорными были поля.
Ты не пристрастен ничуть, и золотом ты неподкупен,
И по закону всегда сельские межи блюдешь....
Если же сдвинут тебя или плугом, или мотыгой,
Ты возопи: "Вот твое поле, а это его!.."

Термины должны быть столь же почитаемы в обществе, обездоленном революциями и гражданскими войнами, как и пенаты - божества домашней жизни, хранители очага. В сущности, пенаты и термины вместе охраняют покой общества, одни освящая внутренность дома, а другие - границу участка (двора, поля, надела).
Одно из правил этого праздника: ни с чем не отождествляться, ничему не противостоять. И тождества, и противоположности - это вырожденные различия. Будем терминировать все отношения, как состоящие из различий и потому зовущие к со-чувствию, со-мыслию, со-действию. На каждое "раз-" есть свое "со-". Физиолог пусть почтит физика, а физик - метафизика. Радикал пусть почтит консерватора, а консерватор - либерала. Пусть они совместно, с разных сторон, подойдут к тем терминам, которые разделяют их, - как в Древнем Риме владельцы соседних полей сходились к общему термину, чтобы почтить божество, одаряющее их миром. Праздник Терминалий напоминает нам о дружественном смысле границы, о том, что без разделения владений невозможно добрососедство, без разделения орудий невозможно соратничество, без разделения труда невозможно никакое общее дело.

Границы проходят не только в пространстве. Терминировать, т.е. праздновать Терминалии, действовать в духе почитания терминов - это отгранивать свои отношения с другими людьми, с представителями других возрастов, профессий, конфессий, достатков, политических воззрений. Искусство терминации - быть может, самое трудное из всех искусств. Терминация не имеет ничего общего ни с агрессией, ни с аскетизмом, ни с воинской удалью, ни со смиренным подвижничеством, - это искусство проведения границ, выделения формы из хаоса.

Терминировать - значит установить термины, в которых ведется разговор и строятся все взаимодействия с другими людьми. Терминация - придание словам определенного смысла, артикуляция языковых значений, поскольку, как заметил Ф. де Соссюр, "в языке нет ничего, кроме различий". В английском языке есть вездесущее выражение "in terms of", которое считается паразитом - и вместе с тем редко удается его избежать, поскольку оно устанавливает, "в терминах чего" ведется разговор, т.е. служит как бы средством артикуляции любой темы. Человеку думает и говорит о чем-то, любит или ненавидит что-то, добивается или избегает чего-то "в неких терминах". Вот такая терминация и есть неосознаное почитание Термина как бога границ и рубежей.

Не случайно праздник меж и границ отмечался столь торжественно именно в самой грандиозной из всех империй древнего мира. Империи сшиваются по кускам, и освящение швов - это празднование самой имперской идеи как внутренней неделимости и неслиянности составляющих ее краев и провинций.

А без тебя бы везде спорными были поля.
Ты не пристрастен ничуть, и золотом ты неподкупен,
И по закону всегда сельские межи блюдешь.
Если бы некогда ты отграничил Фирейские земли,
Триста мужей не могли там бы убитыми лечь.....

Статуи Терминуса были широко распространены во времена римского господства и часто назывались гермами, что позволяет нам говорить об изображаемом божестве не иначе как о частичной экспансии Гермеса.  Под одной из таких герм Аполлоний Тианский (чьё имя представляет собой кабалистический иероглиф) обнаружил в сокровенной крипте Изумрудную скрижаль Гермеса Трисмегиста.

Что же касается соответствия столь, казалось бы, различных богов, то здесь следовало бы заметить, что боги древности не были «дискретны». Одно божество легко перетекает в другое, заменяет, иначе говоря, субституирует его в отдельных случаях, нисколько не умаляясь при этом в своём качестве и потенции. Боги, полубоги, герои — все они лишь проявление универсальной Идеи. Это соответствует философии интегрального традиционализма, согласно которой, в отличие от формационной и прочих «современных школ», метафизика предшествует религии, а никак не наоборот.



Герма, то есть изображение бога Терминуса, представляла собой каменный столп, заканчивающийся бюстом или головой (сначала бородатой, затем безбородой), у которой иногда было два или три лица. Древний вариант гермы отличался едва обозначенными руками и иногда эрегированным фаллом. В последнем случае мы, вероятно, сталкиваемся с влиянием культа малоазийского бога Приапа, имевшего итифаллический облик и, разумеется, легко перетекавшего в образы других богов. Кабалистическое соответствие между Терминусом и Гермесом гораздо более чем очевидно, чтобы долее задерживать на нём своё внимание. Остаётся лишь заметить, что с помощью этого соответствия решалась сложная метафизическая задача соотнесения апейрона (беспредельного) с перасом (пределом).В позднем римском манифестационизме, который не мог не усвоить модные увлечения провинции, это божество выступало в роли примирителя и разрешителя двух несовместимых позиций: манифестационизма (основывающегося на отсутствии любых разрывов в бытии) и креационизма (признававшего разрыв фатальным, прежде всего между Творцом и тварью). С одной стороны, Терминус — граница. С другой стороны, он посредник (и здесь обнаруживается как раз-таки одна из основных функций Гермеса), для которого не существует здесь и там в абсолютном смысле этих слов (наверху, как внизу, внизу, как наверху). Терминус, если угодно, трагедия и причина гибели римского мира, пытавшегося совместить несовместимое, поместить Неведомого Бога, требовавшего единоличного себе подчинения, в пантеон перетекающих друг во друга божеств.

Монеты с изображением Терминуса :




Giovanni Benedetto Castiglione - The Feast Before the Altar of Terminus



Интересно и соотнесенность Терминуса с Кроносом (Сатурном) – один из принципов которого – ПРЕДЕЛЫ и собственно границы в том числе и человеческой жизни (смерть физическая). Если говорить о планетах, которые видимы невооружённым глазом – Сатурн последняя видимая планета. И своей орбитой он как бы ограничивает всё, что в жизни связано с проявлениями видимых планет. Символически Сатурн –  хранитель границ, Сатурн всему определяет рамки и придаёт форму. Существует принцип, благодаря которому любая целостность сохраняет определённость формы, поддерживает свои границы, уникальность организации, стабильность и устойчивость – это связано с Сатурном и его роли в оккультной практике.




Работа Ганса Гольбейна младшего «Erasmus in eim Ghüs» , 1535 год, ксилография. Эразм Роттердамский (1466 -1536 )был известным гуманистом,  ученым и богословом. Изображается в окружении атрибутики архитектуры эпохи Возрождения, его правая рука покоится на голове Терминуса, в качестве личного символа.  Его присутствие на различных портретах Эразма относится к темам смерти. По словам Эразма , символ Терминуса  напоминает  ему, что конец его жизни не так и далек. 









Интересно, но символизм Терминуса красиво соотносится и с символизмом собаки.

Символизм собаки в Традиции тесно связан как раз с идеей границы в самом широком смысле, в том числе и в метафизическом. Собака охраняет дом, находясь на кромке между внутренним и внешним. Это животное - воплощение "стража порога", оккультного персонажа, миссия которого заключается в сохранении самотождества вещи. Но вместе с этим собака символизировала «переход» через границы, поэтому она сопровождала в шаманских ритуалах душу умершего в потусторонние миры. Иными словами, собака и есть животное воплощение бога Терминуса, бога-границы. Отсюда древнейший миф о происхождение людей от псов. У монголов и тюрков говорится о том, что родоначальниками их племен были "желтые псы". То же поверье сохранилось у многих северо-американских индейцев. У кельтов главный герой национального эпоса - Кухулин, чье имя означает "пес Куланна". Даже в христианстве есть представление о собаке как о священном символе. Так, у Данте veltro, "гончая", означает загадочного провозвестника Второго Пришествия и одновременно "гибеллинского императора" (и вновь связь с Империей!). А монахи католического ордена святого Доминика расшифровывали свое название "доминиканцы" как "Domini canes", "псы Господни". Тот же смысл был и у египетских киноцефалов, божеств с псиными головами, особенно Анубиса, "водителя мертвых". Сюда же относится и греческий Цербер. Данный символизм обнаруживает следующую картину. Пограничник (современный аналог тамплиера) не просто хозяин своего пса, которого он использует, но в духовной перспективе сам становится проекцией Священного Пса, воплощением Анубиса, киноцефала, "желтого пса". Животное и человек как бы меняются местами. Человеческая индивидуальность отступает перед лицом высшей магической функции. Личность растворяется в мистерии границы.

***

Итак, имя бога Терминуса было латинским словом означавшим граничный камень, и его вероисповедание как зарегистрировано в последней республике и Империи, было сосредоточено на этом камне, с которым мог быть опознан и сам бог.

«Юпитер терминальный» четко коррелирует с концепцией экспансии: от племени к Империи.

Граница не количественный показатель, но качественный. Чем больше ее объем, протяженность, тем универсальнее и полноценнее понятие, которое она собой выражает. Поэтому по мере расширения понятия (определения, обнесения пределом пространства) оно охватывает собой все возрастающее количество частных аспектов. Иными словами, все включенное в понятие схватывается разумом как часть, в то время как ранее оно могло ошибочно восприниматься как нечто целое. Расширение границы вещей и понятий есть динамический процесс развертывания единой сущности, наглядно демонстрирующей то общее, что изначально присутствует в двух (или нескольких) до определенного момента различных вещах. Так, понятие "зверя" включает в себя тигров, зайцев, мышей, индюков, слонов и т.д. "Звериность", "зверскость" обнажает свою универсальность через охватывание всех видов и разновидностей животных существ, которые сами при этом переходят от частного к общему.
Так же и в государстве. Племя или род имеют свои территориальные, культурные, лингвистические и др. границы. Эти границы расширяются, простираясь до понятий "народ", "нация", "государство". И наконец, высшей формой государства является Империя. Ее границы огромны, они включают в себя максимально возможное число естественных человеческих образований - в ней есть место племенам, родам, культурам, религиям, нациям, этносам, и даже, в некоторых случаях, подобиям самостоятельных государств (провинции, доминионы и т.д.). 

Империя в качестве государственного устройства есть высшая категория, сравнимая с наиболее священными и всеобъемлющими гносеологическими понятиями - такими, как "Бог", "Истина", "Благо" и т.д. Поэтому столь устойчивым является понятие "Священной Империи". Святость Империи проистекает из «качества» ее границ, которые должны заключать в себе некоторую абсолютную, универсальную весть, некоторую глобальную миссию, которая и составляет сущность имперского государства как исторической и национальной общности. По этой причине границы Империи напрямую связаны с ее основополагающей богословской ориентацией. Римская Империя и ее границы несли в себе один смысл; Империя Александра Великого - другой; арабский халифат - третий; Византия - четвертый; Русь - пятый и т.д. От осевой миссии Империи зависело и качество границ - морские, речные, сухопутные, горные, степные, пустынные... Высшая идея Империи как бы выплескивалась в ланшафт и структуру границ. Исследование перехода от сухопутных границ к морским позволяет проследить динамику духовного и социального развития общества, и даже подчас объяснить важнейшие религиозные, культурные и экономические трансформации. Так, только после объединения всех земель в унитарном государстве Англия осознала себя Островом, сменила религию, перешла к морскому существованию и положила начало капитализму и индустриализации. Движение от клана к Империи есть не политический, но духовный процесс, лишь отраженный в земной реальности. По мере экспансии границ и включения в единое геополитическое пространство различных ланшафтов, цивилизаций, религий и этносов происходит обнаружение некой новой, более универсальной Идеи, скрывавшейся ранее под калейдоскопическим многообразием множественности.

Падение Империи не просто социально политическая катастрофа. Это катастрофа духовная. Вместе с сокращением границ происходит распад органической идеи, оживлявшей государство. Удар наносится по высшим философским сферам. Части теряют понимание принадлежности к целому, отпадают от животворного центра, отмирают и вырождаются. Падение границ - это падение понятий, идей, умственное замутнение. Это кровь и смешение языков. Это глубинная катастрофа той священной фигуры, которой является пограничник - Терминус. Силы ада проникают внутрь нации; вор забирается в дом; раздор и отупение нападают на народы. Песеголовый бог Терминус  теряет сознание, удаляется. Хаос духовной ночи нисходит на людей.

Но даже несмотря на это, мертвый или живой, с головой пса или человека, во сне или наяву на обрубках границы стоят "ОНИ". Они последние, кто думают за всех. Стражи Идеи. Часовые самых далеких постов – «Терминусы».

На основании прямой связи священного смысла Империи с ее границами в традиционной цивилизации формировались военнизированные отряды пограничников, воинов, призванных охранять дальние пределы государства. Наиболее явно прослеживается эта связь в рыцарском ордене Храма, у тамплиеров, которые были воинами-монахами, носителями особого универсального знания. Это эзотерическое знание заключалось в тайне общих пропорций, которые могли соединять воедино различные регионы феодального средневекового Запада, включая ближневосточные земли. В символизме ордена тамплиеров встречаются не только древнейшие дохристианские мотивы, связанные с сакральной географией Европы, но и доктрины, почерпнутые из эзотерического ислама, особенно из суфизма и гетеродоксального шиизма. Неслучайно подавляющее большинство тамплиерских коммандорств располагалось рядом с мегалитическими памятниками, восходящими к цивилизациям более далеких эпох. Орден Храма соединял Север и Юг, прошлое и будущее. Тамплиеры выполняли важнейшую функцию, храня секреты единства Запада. Одновременно их понимание ислама открывало возможность истинно имперской экспансии за пределы Европы, к югу и юго-востоку. Увеличивая свою эзотерическую компетентность, члены Ордена потенциально готовили расширение Государства, Западной Римской Империи. И неслучайно вместе с уничтожением Ордена Филиппом Красивым распалась навсегда Единая Европа. Линия гибеллинов и Штауфенов проиграла гвельфам, Ватикану и раздробленным национальным государствам, подобным централистской и абсолютистской Франции.

Тамплиеры и их аналоги в иных цивилизациях были щитом от проникновения в Империю нижних сил ада, гогов и магогов Библии. Они защищали священную цивилизацию от потоков разложения и болезни. Именно в этом состояла цель построения Александром Великим "железной стены". Тот же священный символизм лежит в основании Великой Китайской стены, а также древних укреплений на северных рубежах Римской Империи. Когда Орден пограничников разлагается, основы имперского единства подтачиваются, силы хаоса проникают в цивилизацию, начинается распад и новое вавилонское смешение языков. Гибель Империи есть катастрофа ордена, ответственного за охрану границ (и в физическом и в магическом смыслах).

Блестящая иллюстрация магической природы пограничной службы дана в фильме "Пустыня Тартари". В нем загадочный чисто мужской коллектив (Mannerbund) пограничников ожидает наступления врага, воображаемого врага, вера в существование которого воспринимается самими пограничниками как навязчивое коллективное безумие. От внутреннего напряжения они гибнут один за другим. Лишь последний из них, изможденный предчувствиями и видениями, получает награду: удосуживается участвовать в подлинном чуде, когда воображаемые враги становятся явью, и их дикие орды на самом деле нападают на почти беззащитную, потерявшую людей крепость. Последний тамплиер против орд гогов и магогов.

Giovanni David - Putti Making a Sacrifice to the Roman God Terminus


Однокоренные :

Термин. Сегодня «термин» означает слово или словосочетание, точно и однозначно именующее какое-либо понятие, и в этом также видна священная неприкосновенность древнеримского бога Термина.
Можно сказать что это название определенного понятия в какой-либо специальной области знаний, имеющего четкие границы значения. Терминус - от глагола "terminаre", размежевывать, отделять, разграничивать, заканчивать. Отсюда "термин" - слово с точно определенным значением, например, обозначающее специальное понятие в науке ; "терминал"например  - вводное и выводное устройство компьютерной системы; часть порта, предназначенная для погрузки и разгрузки. Термина́л ( terminal — «конечный») — конечная часть некой системы, которая обеспечивает связь системы с внешней средой.
Постепенно Термин (бог) из стража порога превратился в охранителя границы культуры. Гораздо позже terminus попадает в философию для разделения природы одной вещи от другой. Так постепенно слово термин стало означать то, что оно означает сейчас: слово или словосочетание для точного обозначения понятия и его соотношений с другими понятиями (в пределах одной сферы деятельности). Но не стоит думать, что сегодняшний «термин» бесконечно далёк от terminus. Дело в том, что термин в определённой мере является областью, описанной своими границами (пределами), т. е. «самое содержание границы» (П. А. Флоренский).
Блестящее толкование, не правда ли?

Терминисты - последователи учения, что Бог дал человеку известный срок для исправления и вымаливания прощения грехов для  усовершенствования , причем одни утверждали, что срок этот до конца жизни, а другие оспаривали.

Детерминизм (от лат. determinare — ограничивать, отделять чертой, определять границы, определять) — учение о взаимосвязи и взаимной определённости всех явлений и процессов, доктрина о всеобщей причинности. Согласно детерминизму, все происходящее в мире, включая ход человеческой жизни и человеческой истории, предопределено либо судьбой, либо богами или Богом (учение о предопределении , теологический детерминизм), либо природой (космологический детерминизм), либо человеческой волей (антропологическо-этический детерминизм), либо развитием общества (социальный детерминизм).
На этой основе определяется понимание свободы, в том числе делается вывод, согласно которому для выбора и, соответственно, личной ответственности у людей, по существу, нет места.В таком виде детерминизм может быть определён как утверждение, согласно которому имеется только одно, точно заданное возможное будущее. Детерминизм может пониматься и как фатализм. Противоположностью  детерминизма является индетерминизм. Приверженцем абсолютного детерминизма был Пьер-Симон Лаплас. Он постулировал, что если бы какое-нибудь разумное существо смогло узнать положение и скорость всех частиц в мире, оно могло бы совершенно точно предсказать все события Вселенной. Впоследствии такое гипотетическое существо было названо демоном Лапласа.
Детерминизм как представление о взаимосвязи всех явлений и процессов является важнейшей составной частью научной методологии, нацеливающей исследователей на выявление причинности и закономерностей в природе, обществе и мышлении. На принципе детерминизма построена классическая физика. Особый вопрос представляют собой в этой связи термодинамика и  молекулярная физика. Детерминизм не подразумевает обратимость времени, исходя из предположения, что частица не обязательно придёт в исходное состояние при обращении времени, имея в виду, что траектория не всегда будет однозначно определяться конечными условиями.

Терминальные состояния. Жизнь человеческого организма подчинена определенным ритмам, все процессы в ней подчиняются определенным физиологическим законам. По этому неписанному кодексу мы рождаемся, живем и умираем. Смерть, как любой физиологический процесс, имеет свои определенные стадии той или иной степени обратимости. Но существует и определенная "точка возврата", после которой движение становится только односторонним. Терминальными (от лат. terminalis — конечный, последний) называются пограничные состояния между жизнью и смертью, когда постепенно и последовательно нарушаются и утрачиваются функции тех или иных органов и систем. Это один из возможных исходов различных заболеваний, травм, ранений и других патологических состояний.
К терминальным состояниям относятся преагония, агония и клиническая смерть. Качественный переход от жизни к смерти представляется последовательным закономерным нарушением функций и систем организма, заканчивающихся их выключением. Именно это обстоятельство - последовательность и постепенность выключения функций, дает время и возможность для вмешательства с целью восстановления жизни.
Приходится признать, что когда-нибудь физическая жизнь человека прихо­дит к концу, и это закономерность, принадлежащая самой жизни. Трудно даже представить последствия бесконечной физической жизни, если она будет проте­кать в тех же временных рамках — рождения, детства, зрелости и старости. Что произойдет с человечеством, если оно добьется массового бессмертия? Итак, рассмотрение смерти как абсолютно негативного явления неправомерно. Смерть так же естественна, как и рождение, и является неизбежным атрибутом жизни.
В ореоле тех атеистических убеждений, что превращают нашу жизнь в един­ственную ценность в мире, за пределами которого нет ничего равнозначного жиз­ни, мы забываем о бессмертии человеческого духа. В самом деле, простейший вопрос, заданный уходящему человеку: «Самое ли страшное — ваша смерть?» — открывает целую сокровищницу иного смысла, который перечеркивает пря­молинейную простоту ценностной шкалы радикальной медицины. «Страшнее моей смерти — смерть детей», «Потеря честного имени», «Утрата веры, любви» и, наконец, — «бессмысленность». Бессмысленность, бесцельность жизни страш­нее смерти.

Терминальные образы. В психологии устоялось представление о том, что человек формирует некоторую систему образов, которая лежит в основе регуляции поведения и в конечном счете его жизни в целом. В связи с этим рассматриваются понятия цели как осознанного образа будущего полезного результата, Я>концепции, жизненного сценария, образа той или иной жизненной ситуации, среды своей жизнедеятельности. Кроме того, у человека формируется некоторое обобщенное представление о своей собственной жизни, своем жизненном пути, о среде своей жизнедеятельности. Проводя анализ психического образа, отмечается , что непосредственной характеристикой образа выступает его субъективность — зависимость от мотивационно потребностной сферы. При этом, рассматривая практические приложения понятия «психический образ», отмечается, что человек отражает в образной форме многие события своей жизни.  Когнитивная активность субъекта направлена не только на пассивное отражение реальности, но и на конструирование социального мира . Социальная реальность дана человеку в виде особых психических образований — социальных представлений, которые существуют больше не в виде объектов, а событий. И содержание этих образов в значительной степени обусловлено не только соответствием объективной реальности, но и необходимостью презентировать эти образы, в результате чего они во многом строятся как нарративы. Обсуждая содержание и функции социальных представлений, отмечается, что те выступают тем ментальным образованием, с помощью которого конструируется внутренняя социальная реальность — картина мира, общая для членов группы, которая определяет способ существования группы в социуме . Для характеристики базовых представлений человека о действительности предлагается ввести понятие терминального образа, который представляет собой предельный образ, связанный с конечными (терминальными в терминологии М. Рокича) жизненными ценностями . Прежде всего необходимо различить понятия «социальное представление» и «терминальный образ». Различие между этими понятиями состоит в том, что «терминальный образ» — феномен индивидуальный, а «социальное представление» — групповой. Поэтому социальное представление на индивидуальном уровне может существовать в форме терминального образа и, наоборот, принятые в данной социальной группе терминальные образы могут приобрести форму социальных представлений. Среди всех терминальных образов наиболее значимыми кажутся четыре основные категории образа — ситуации жизнедеятельности, среды жизнедеятельности, Я- концепции и образа значимого другого. Эти образы и предлагается понимать как терминальные образы. 

+++

Francesca Lowe & Alasdair Gray «TERMINUS»